Человекоторпеда Пиявка как итальянец уничтожил линкор в 1918 году

Италия во время Первой мировой была молодой страной, а сами итальянцы — талантливыми и деятельными людьми. Но воевать у них получалось крайне посредственно. ‘Средний итальянец слишком любит жизнь, чтобы быть хорошим солдатом’ — рассуждал уже после войны германский военачальник Эрвин Роммель. И знаете, в этом что-то есть. Однако из любого правила есть исключения.

Люди, в которых горячая воинственная кровь перевешивала южное жизнелюбие, заставляла постоянно испытывать себя и других на грани возможностей. Среди таких были знаменитости вроде Бенито Муссолини или Габриэле Д’Аннунцио. А были чуть менее известные, но оттого не менее интересные персонажи. Один из них — майор Раффаэле Россети. Человек, который решил, что обычная торпеда — это скучно.

Человекоторпеда

Ещё до войны Раффаэле вынашивал идею человекоторпеды — оружия комбинационной игры, которое должно было перевернуть доску с фигурами и изменить баланс сил на море. Дело в том, что линкоры, крупнейшие и самые дорогие корабли Первой мировой, могли выдерживать очень много попаданий — как тяжёлых снарядов, так и обычных торпед. Представьте себе плавучую крепость, которую почти невозможно потопить. Почти.

Россети предлагал использовать торпеду как транспортное средство. Если приделать к ней органы управления, то диверсанты в специальных подводных костюмах смогут незаметно подплыть к вражескому кораблю, пока он беззащитно стоит на якоре в своей базе. После этого останется прикрепить к корпусу заряды, привести в действие часовой механизм и исчезнуть. Затем — мощный взрыв, и громадный линкор отправится на дно. Проще сказать, чем сделать, правда?

Наш герой в годы войны был начальником военно-морского арсенала в Специи. Кстати, сегодня в этом городе есть музей, посвящённый человекоторпедам — если окажетесь там, загляните. В силу работы недостатка в торпедах, квалифицированных рабочих и взрывчатке у Россети не было. Хотя майору и пришлось регулярно ругаться с начальством из-за своей идеи. Начальство не любит, когда кто-то предлагает привязать человека к взрывчатке и отправить под воду.

Но он создал готовую к применению человекоторпеду. Она достигала в длину восьми метров, имела водоизмещение в полторы тонны и могла нести 170-килограммовый заряд. Считалось, что два таких заряда, установленных в правильных местах, могут уничтожить линкор. Торпеду окрестили ‘Пиявкой’. И Россети решил проверить её на деле лично. Вот это я понимаю — вера в свой продукт.

Сидячая утка

Целью выбрана австро-венгерская база в Пуле (ныне — Хорватия), на побережье Адриатического моря. Вечером 31 октября 1918 года к порту скрытно подошли два итальянских торпедных катера с двумя ‘Пиявками’. Одной управлял сам Россети, другой — его тёзка, лейтенант Паолуччи.

Обе ‘Пиявки’, никем не замеченные, добрались до порта. Там диверсанты вместе со своими торпедами, надрываясь и пыхтя, преодолели волноломы и специальные сети от подводных лодок. И вот они добрались до главного приза — австро-венгерского линкора ‘Вирибус Унитис’. Правда, он уже был не австро-венгерский. Империя к октябрю 1918-го разваливалась на куски. Флот передавался Государству словенцев, хорватов и сербов — будущей Югославии. ‘Вирибус Унитис’ торжественно передали югославам буквально за несколько часов до появления Россети.

Он, конечно, обо всём этом не знал. Но даже если бы знал, вряд ли изменил бы решение. Человекоторпеды были идеей фикс майора, да и Югославия всё равно становилась бы соперницей Италии на Адриатике. Если вы зашли так далеко, останавливаться уже поздно.

Успешно прикрепив одну мину к корпусу линкора и запустив часовой механизм, диверсанты попробовали было ретироваться, но были замечены. При этом никто так и не обнаружил торпеды — их отнесло течением. Итальянцев втащили на борт того самого линкора, который они заминировали. Когда до взрыва оставалось совсем немного, Россети предупредил команду о минах. И все, кто был на палубе, тут же попрыгали за борт. Представьте себе эту сцену: вы на вражеском корабле, который сами заминировали, и говорите экипажу: ‘Ребята, сейчас бабахнет’.

Но ничего не произошло — видимо, часовой механизм заклинило. Тогда разъярённые после незапланированного купания моряки повторно затащили диверсантов на борт, намереваясь сделать с ними что-то нехорошее. И тут взрыв всё-таки грянул. Линкор начал тонуть. Где-то в недрах корабля начался пожар, который в итоге добрался до артиллерийских погребов.

Прогремел мощный взрыв, корабль перевернулся и затонул. Вместе с ним отправился на дно и новоиспечённый командир югославского флота — хорват де Подкапельски. Через некоторое время взорвался и пароход ‘Вена’, к которому прибило одну из торпед с неснятой, но поставленной на таймер миной. А Россети и Паолуччи выжили. Обоих наградили, повысили в званиях и выплатили щедрые премии. Так безумная идея человека, который слишком любил риск, отправила на дно целый линкор. И это, пожалуй, лучшая иллюстрация того, что итальянцы всё-таки умеют воевать — когда очень хотят.